ФОТО: Мелис Мэлбаум, Eesti Meedia
Share on Facebook
Facebook
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Email this to someone
email

Поддерживайте нашу работу и делитесь.

Чтобы решить проблему сокращения количества учеников, Эстония объединила девять из своих русских и эстонских средних школ. Это решение никому не далось легко.

«Это не было похоже на прогулку по парку», – призналась Хейди Усталу, директор 1-й средней школы Кивиыли.

Кивиыли — городок на востоке Эстонии с 5200 жителями.

В 2013 году, учитывая сокращение населения, две средние школы – русская и эстонская – были объединены в одну.

На каком из языков преподавать в школах, по этому поводу десятилетиями спорят и в Латвии и в Эстонии.

При восстановлении независимости в начале 90-х годов наши страны унаследовали русскоязычное меньшинство и последствия курса на обрусение, проводимого в СССР.

Каждый четвертый житель в Латвии и Эстонии является русскоязычным.

Государство оплачивает образование на языке нацменьшинств, однако для обеспечения интеграции школ определенная часть учебной программы должна преподаваться на латышском или эстонском языках (на данный момент 60 процентов на государственном языке и 40 процентов на языках нацменьшинств).

В 2018 году перед выборами в Сейм латвийский парламент принял более строгий закон, согласно которому основные школы с 7-го класса должны перейти на модель 80/20, а в средней школе все предметы, кроме языка нацменьшинств, культуры и истории, должны изучаться на латышском языке. До 7-го класса предметы на латышском должны занимать по крайней мере половину учебного времени.

Эстонцы выбрали более мягкий подход. Учащиеся нацменьшинств в эстонских средних школах могут учиться в соответствии с моделью 60/40.

В отличие от правил, принятых в парламенте Латвии, в Эстонии для основных школ не установлен учебный язык. В каждой шестой эстонской основной школе дети учатся только на русском языке.

Усталу признает, что школе трудно было приспособить модель к нуждам школьников разного происхождения, но постепенно удалось найти свой путь, хотя и не существовало никаких предписаний, как провести объединение школ. Поэтому этот проект и называется экспериментом.

«Идеального рецепта нет», — признает Усталу. «Потребовалось искусство поиска компромисса, учитывая все различия».

Главная проблема: языковые навыки

Учителя не отрицают, что реформа, истоки которой лежат в 1993 году, оказала большое давление на школы.

«К сожалению, как учитель я не могу учить всех учеников одинаково. Из-за плохого знания учениками эстонского, мне приходится находить к школьникам русского происхождения отдельный подход», — говорит Ана Вау, которая в Кивиыли в последние 11 лет преподавала эстонский язык и литературу.

По ее мнению, даже 60 процентов предметов на эстонском языке — это слишком много для школьников, которые приходят из основных школ, где язык обучения был только русским.

«Они приходят с хорошими отметками, но плохо знают язык», — говорит Вау. Это, например, означает, что при групповой работе учителя разделяют эстонских и русских школьников. Так проще и легче для всех.

«Школьники русского происхождения боятся общаться по-эстонски, потому что страшатся делать ошибки. Кажется, в русских школах учат иначе: ошибок там не терпят, это произвело на детей впечатление», — говорит Ана Вау.

«И хотя эстонские дети готовы им помочь, эти школьники оказались в трудной ситуации, потому что они не хотят отставать в учебе».

По закону, по меньшей мере 60 процентов всех предметов в средней школе должны изучаться на эстонском, но относительно основной школы никакие законы о языке не прописаны.

Поэтому русские дети вынуждены совершить скачок: с повседневного общения на эстонском переключиться на изучение физики, но и эстонским школьникам «в объединенной школе» приходится нелегко.

Хейди Усталу, директор 1-й средней школы Кивиыли. ФОТО: Мелис Мэлбаум, Eesti Meedia

Ана Аманова из Сондской волости, которой сейчас 18 лет, отучилась девять классов основной школы на эстонском. Логичным выбором для нее было бы продолжить обучение в средней школе в Кивиыли, которая находится в 10 минутах езды от ее дома.

Но Ана этого не захотела, потому что школа известна как русская. С момента объединения этой школы на уровне среднего образования есть две параллельные учебные программы: в одной – только предметы на эстонском, в другой – модель 60/40 для школьников из русских школ.

«Я боялась, что меня не примут из-за плохого знания русского языка», — говорит Ана. Поэтому она выбрала школу в Раквере, в 30 километрах от дома, но выбор оказался неудачным.

Ей все же пришлось пойти в изначально отвергнутую школу в Кивиеле. Теперь Ана учится в 12-м классе в школе Кивиыли и говорит, что ни один из ее страхов, как оказалось, не был обоснован.

Несмотря на то, что русские и эстонские школьники все еще держатся за своих, вместе они уживаются хорошо и охотно учатся на другом языке.

Если случается недопонимание, они либо пользуются переводчиком Google, либо переходят на английский.

«Они стараются так же сильно, как я, — говорит Ана — И мой русский улучшился, чему я очень рада».

Урбанизация способствует объединению

Эти «две в одной» школы не были главной целью эксперимента. Он основывался на практических соображениях. Школьники предпочитают средние школы в больших городах – Таллинне и Тарту. Тенденцию к урбанизации подхватили не только школьники, но и их семьи.

Таллинн стремительно растет, и там сейчас живет примерно одна треть населения Эстонии. Для сельских школ — это смертельный удар. Часть из них закрыта.

Альтернатива — «экспериментальные» средние школы, в которых обучаются от 100 до 530 учеников. Они могут выбирать, учиться ли на эстонском языке, или в соответствии с моделью 60/40.

Арне Пиримеги, бывший директор школы в Кивиыли. ФОТО: Мелис Мэлбаум, Eesti Meedia

Арне Пиримеги, бывший директором школы в Кивиыли во время объединения школ, теперь руководит гимназией у озера Пейпус. После того, как с его помощью была создана и начала работу школа в Кивиыли, Пиримеги решил переехать в другой русскоязычный регион, где также происходило объединение школ.

Эта школа находится в Мустве – маленьком городке на тысячу жителей на берегу озера Пейпус. В средней школе, с 10 по 12 класс, только 42 школьника.
Эстонский язык там не в почете – только двое учеников осваивают школьный курс на эстонском языке, и оба этой весной закончат школу.

Ежегодно основную школу здесь заканчивают 10-13 эстонских детей, но они не продолжают образование в местной средней школе. При входе в здание повсюду видны надписи и плакаты на русском языке, в коридорах, в основном, слышен русский язык.

«Правда в том, что для школьников, которые хотят учиться на эстонском, не хватает учителей. Вот почему они уезжают, – говорит Пиримеги.

– Но понятно, что среднее образование только на эстонском здесь невозможно, грустно».

Антон Ресик — один из двух учеников в Мустве , которые получают среднее образование на эстонском языке. ФОТО: Мелис Мэлбаум, Eesti Meedia

Восемнадцатилетний Антон Ресик — один из двух учеников, которые получают среднее образование на эстонском языке. Все одноклассники из его основной школы отправились учиться в Тарту или Йыгева.

Остаться на месте Антону было проще, потому что его мать эстонка, отец русский, он вырос двуязычным. Он согласился на разговор вместе со своей одноклассницей и подругой Алиной Кривоглазовой, которая, в отличие от него, осваивает курс средней школы в соответствии с формулой 60/40.

«Некоторые из наших одноклассников не очень хорошо владеют эстонским, когда у них возникают трудности, мы помогаем», — сказала Алина.

«Совместное обучение помогает обеим общинам лучше общаться. Это способ найти новых друзей», — добавляет Антон.

Алина и Антон изучали историю Эстонии в 10-м классе у Неме Кока, основного преподавателя Пейпусской гимназии в последние шесть лет. Хотя его уроки теоретически должны проходить только на эстонском языке, в реальности этого не происходит.

«Когда я рассказываю по-эстонски, после этого я обычно должен повторять то же самое и по-русски, – говорит учитель. – Иначе не все ученики поймут и освоят учебную программу».

«Если я расскажу десятиклассникам на эстонском о периоде обрусения – когда во всех школах язык обучения был русским, и как это повлияло на знания – не все поймут, о чем речь. Но это важная тема, и я хочу, чтобы они поняли», — объясняет Кок.

Больше везет детям из смешанных семей

Хотя объединить разные культуры под одной крышей было непросто, недавнее исследование, проведенное социологами из Нарвского колледжа Тартусского университета, свидетельствует о том, что объединение школ повлияло на школьников положительно – независимо от того, на каком языке они говорят в семье.

Исследование показало, что школьники из русских семей лучше осваивают эстонский язык, если их окружают одноклассники-эстонцы. В свою очередь школьники из эстонских семей демонстрируют большую эмпатию и лучшие навыки русского языка.

«У школьников все хорошо, и они счастливы. Это самый важный вывод», – говорит Елена Ротамма-Валтер, которая руководила командой исследователей. В исследовании изучалось и влияние страха.

Школьники из русскоязычных семей признали, что, прежде чем начать учиться в «объединенной гимназии», переживали, что их ждет и волновались, смогут ли успешно учиться.

«Но если они выбрали это учебное заведение, осознавая, что ожидаются определенные трудности, у них была мотивация учиться как можно лучше», – говорит Ротамма-Валтер.

Что касается учеников из эстонских семей, то у них не было никаких особых, связанных с обучением страхов.

Это означает, что они были готовы к ожидаемым трудностям, и это повлияло на их способность адаптироваться.

Неудивительно, что, согласно исследованию, самым успешным образом приспособились школьники из двуязычных семей, например, Антон Ресик.

Ротама-Валтер отмечает, что в то же время у таких учеников самая большая нагрузка, потому что они работают как посредники, помогая русскоязычным и эстонским школьникам.

Ключ к успеху

И Хейди Усталу и Арне Пиримеги сходятся во мнении, что русские и эстонские дети должны учиться вместе с детства, а не только в средней школе.

«Процесс был бы намного более эффективным, если бы он начинался с первого класса. Должна быть единая эстонская школа, а не две разные учебные программы», – считает директор 1-й средней школы Кивиыли.

По ее мнению, это предотвратило бы разрыв между языками в более поздние годы.

Ученики русских школ, начиная учиться в средней школе, имеют очень слабые знания эстонского.

«Это означает, что нужно вкладывать больше времени в освоение эстонского языка», – констатирует Усталу.

Когда русские школьники поступают в среднюю школу, их ждет интенсивное обучение языку, и в первые месяцы учителя дают им упрощенные тексты и задачи, чтобы школьники могли подключиться и насладиться учебным процессом.

Вопрос, когда в средней школе должен произойти переход от эстонской и русской системы к обучению только по эстонской системе (это относится и к модели 60/40), в Эстонии обсуждается уже с момента начала школьной реформы.

Однако политикам эта реформа доставляет головную боль, потому что затрагивает четвертую часть жителей и в глазах русских избирателей непопулярна.

В парламенте время от времени появляются новые законопроекты, но они приходили от оппозиции и до сих пор не принимались во внимание. В последний раз для рассмотрения законопроекта не хватило одного голоса.


НЕЗАВИСИМОЙ ЖУРНАЛИСТИКЕ ТРЕБУЕТСЯ НЕЗАВИСИМОЕ ФИНАНСИРОВАНИЕ
Если вам нравится наша работа, поддержать нас!
LV38RIKO0001060112712

Aвтор Хелен Михельсон, Postimees, специально для Re:Baltica
Редактор Санита Йемберга Re:Baltica
Фотографии Мелис Мэлбаум, Eesti Meedia
С латышского языка на русский перевод RUS.TVNET.LV
С английского на латышском языке переводила Иева Лешинска — Гейбере
Tехническая поддержка Мадара Эйхе

 

Share on Facebook
Facebook
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Email this to someone
email

Поддерживайте нашу работу и делитесь.